THE ROLE OF THE PRINCIPLE OF ACHIEVEMENT IN TRANSACTIONS

 

David Bit-Murat

graduate student,Kazan Federal University,

Russia, Kazan

 

АННОТАЦИЯ

В данной статье рассматривается действие принципа добросовестности в процессе совершения сделок. Принцип добросовестности является важным регулятором правоотношений, связанных с заключением и исполнением сделок. Исследование основано на анализе положений гражданского законодательства, затрагивающих принцип добросовестности и их действие на практике. В статье также рассматривается решающее значение данного принципа в процессе признания сделки недействительной.

ABSTRACT

This article discusses the operation of the principle of good faith in the process of transactions. The principle of good faith is an important regulator of legal relations related to the conclusion and execution of transactions. The study is based on an analysis of civil law provisions affecting the principle of good faith and their effect in practice. The article also examines the crucial importance of this principle in the process of invalidating a transaction.

 

Ключевые слова: добросовестность, принцип добросовестности, сделки, гражданско-правовые отношения.

Keywords: good faith, the principle of good faith, transactions, civil relations.

 

Актуальность проблематики исследования заключается в том, что принцип добросовестности в гражданском законодательстве выступает одним из регуляторов в деятельности субъектов гражданских правоотношений. В качестве практической значимости выбранной темы является и то, что данный принцип достаточно активно развивается в сфере гражданского законодательства и судебной практики, а именно, на данную тематику написано немало научных работ, также теме «добросовестность» посвящены обсуждения и дискуссия на различных форумах и конференциях юридического сообщества.

В частности, председателем Совета судей РФ Виктором Момотовым на заседании Клуба им. Д. Н. Замятнина, прошедшем 17 июля 2019 года в Москве, посвященном теме «Добросовестность как правовая категория», было отмечено, что принцип добросовестности активно применяется российскими судами и непосредственно влияет на правоотношения участников гражданского оборота, также им было указано на особую роль принципа добросовестности [2].

Основополагающие положения данного принципа закреплены в Гражданском кодексе РФ (далее – ГК РФ) [3] в ст. 1 п. 3 и 4.

Основной целью статьи является определение роли принципа добросовестности при совершении сделок. Для достижения поставленной цели раскроем сущность и понятие сделки в гражданском законодательстве, определим специфические особенности принципа добросовестности в процессе совершения сделок, а также рассмотрим примеры из судебной практики, связанные с применением принципа добросовестности в процессе совершения сделок.

Согласно ст. 153 ГК РФ под сделкой понимаются действия физических и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Роль сделки в механизме гражданско-правового регулирования является совершенно исключительной. Если исходить из того почти общепринятого представления, что природа гражданского права, отличающая его от иных областей правового пространства, состоит в диспозитивности, свободе и "юридической децентрализации"[11, с. 73], то непосредственным выражением всех этих концептуальных философских идей в конкретной правовой системе, является именно институт сделки.

В основе современных представлений о сделке, в том числе и тех, которые получили официальное закрепление в российском гражданском законодательстве, лежит концепция немецкого ученого Ф.К. Савиньи. В данной концепции понятие сделки складывается из следующих признаков:

1) сделка является юридическим фактом, т.е. событием, которое вызывает возникновение или прекращение правоотношений;

2)    сделка - это свободное действие лица;

3) сделка направлена "непосредственно на возникновение или прекращение правоотношения, если даже оно будет только средством для достижения других, даже неюридических, целей"[13, с. 213].

Следовательно, основная особенность концепции Ф.К. Савиньи - гармоничное сочетание направленности сделки (субъективного аспекта) и ее результатов (объективного аспекта): сделка рассчитана на достижение определенных правовых последствий, и действительно влечет их наступление.

Однако в ходе дальнейшего своего развития концепция понятия сделки усложнилась, обросла различными исключениями и в результате приобрела видоизмененное толкование: например, по действующему российскому законодательству сделка может и не порождать возникновения, изменения или прекращения правоотношений (ничтожная сделка ч. 1 ст. 166 ГК РФ) и даже не быть направлена на это (мнимая сделка ч. 1 ст. 170 ГК РФ).

Таким образом, российское законодательство сохранило лишь два из трех критериев концепции Ф.К. Савиньи:

— объективный — выражает событие, которое вызывает возникновение или прекращение правоотношений;

— субъективный — выражает волеизъявление лица.

Исключен один объективный критерий: наступление юридических последствий. В результате понятие "недействительная сделка", которое с точки зрения теории Ф.К. Савиньи не имело бы смысла, в контексте ГК РФ становится вполне корректным.

Переходя к анализу термина «добросовестность» стоит отметить, что добросовестность является одним из важнейших принципов гражданского права.

Так, по мнению А.В. Коновалова принципы права определяются «…как объективные, универсальные, глобальные идеи о наиболее эффективной организации правового аспекта общественного устройства, отражающие объективные свойства природы людей и объективные закономерности социального взаимодействия…» [4, с. 1107-1161].  

Непосредственная роль принципа добросовестности заключается в регулировании возникающих между участниками гражданских правоотношений, в том числе добросовестном или недобросовестном поведении участников при заключении и исполнении сделок [1, с. 52].

Понятие добросовестности в ГК РФ не раскрывается, однако уяснить суть данного понятия позволяют отдельные нормы ГК РФ (пункт 2 статьи 6 ГК РФ, пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Из анализа этих статей можно сделать вывод, что добросовестность является критерием для оценки действий участников гражданских правоотношений и способна влиять на определенный правовой результат. Тем не менее, категория «добросовестность» носит чрезмерно многоаспектный характер, что обуславливает наличие большого количества работ на данную тему [14, с. 7-10; 5, с. 17-24; 7, 192 с.].

В связи с реформой гражданского законодательства Федеральным законом от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к сделкам вопрос о защите субъективных гражданских прав рассматривается посредством признания оспоримой сделки недействительной и применения последствия ее недействительности, а также признания недействительной ничтожной сделки и применения последствий ее недействительности, с увязкой применения данных способов защиты с добросовестным поведением сторон сделки[8].

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В статьях ГК РФ, посвященных недействительности сделок, часто упоминается про принцип добросовестности. В статье 166 ГК РФ, раскрывающей общие положения о видах недействительных сделок, подразумевается, что одним из требований, позволяющим признать сделку недействительной, является недобросовестность лица, ссылающегося на недействительность сделки.

Отдельные положения этой статьи пресекают недобросовестное поведение лица, решившего оспорить сделку в своих личных интересах, а именно с целью неисполнения обязательств (абзац 4 пункта 2 статьи 166 ГК РФ, пункт 5 ст. 166 ГК РФ).

Анализ п. 5 ст. 166 ГК РФ позволяет отметить некоторые важные моменты: правило, закрепленное в этом пункте, распространяется на оспоримые и ничтожные сделки; заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если было подано недобросовестной стороной; поведение недобросовестной стороны позволяет другим лицам и контрагенту полагаться на действительность сделки; данная норма, как отмечает Шухарева А.В., направлена на защиту добросовестной стороны и на оздоровление (конвалидацию) сделок [15, с. 9-12].

Вместе с тем, применение пункта 5 статьи 166 ГК РФ порождает немало проблем. Это объясняется специфичностью каждой отдельной ситуации, неопределенностью критерия добросовестности в поведении лица.

Таким образом, применение п. 5 ст. 166 ГК РФ требует от суда детального установления широкого круга обстоятельств, в том числе лежащих за пределами буквального содержания нормы. Тем не менее, анализ судебной практики свидетельствует о востребованности данного института [6, с. 80-85].

Учитывая наличие пробелов в гражданском законодательстве при изучении ст. 1 ГК РФ, можно сделать вывод о том, что само наличие принципа добросовестности в гражданском праве играет положительную роль, однако, необходимо введение легального определения понятия принципа добросовестности и определения критериев добросовестного поведения, что несомненно будет оказывать положительное влияние на применение этого принципа в практической деятельности. В настоящее время оценка поведения стороны с точки зрения добросовестности отдана полностью на усмотрение суда, поскольку ст. 1 ГК РФ не содержит легального определения понятия «добросовестность» и критериев его определения, в связи с чем, рассматриваемый принцип в данном контексте является по большей части субъективным понятием.

Между тем, принцип добросовестности играет большую роль в отдельных составах недействительных сделок, представленных в статьях 173, 173.1, 174, 174.1, 178, 179 ГК РФ.

Последствия признания сделки недействительной в данных составах зависят непосредственно от добросовестности стороны. Так, если в статье 166 ГК РФ понятие добросовестного поведения носит субъективный характер, то в этих нормах добросовестность понимается конкретно: если сторона не знала и не должна была знать об основаниях недействительности сделки, то она действовала добросовестно.

Недобросовестное поведение стороны сделки является основанием для удовлетворения судом требования о признании сделки недействительной, как если бы добросовестное незнание стороны об этих обстоятельствах явилось бы причиной оставления оспоримой сделки действительной.

В том случае, если сделка признается изначально ничтожной, то недобросовестная сторона может быть понуждена возместить реальный ущерб другой стороны. Такая обязанность предусмотрена, например, в статьях 171, 172 ГК РФ.

Учитывая изложенное, обязанность возмещения причиненного реального ущерба является гарантом для добросовестной стороны сделки, так как сторона сделки при должной осмотрительности не всегда имеет возможность получить информацию об интересах, умысле, внутренних проблемах (к примеру, наличие корпоративного конфликта) контрагента [1, с. 52].

В отдельных случаях обязанность возместить ущерб заставляет сторону быть осмотрительнее, следует сказать, что принцип добросовестности также носит и превентивный характер. Практика применения судами норм о недействительных сделках с позиции добросовестности сторон показывает, что пока не установлено единых стандартов добросовестного поведения, и доказательственная база оценивается каждым отдельным судом исходя из собственного понимания добросовестности и конкретной ситуации. Например, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение, так как, отказывая во встречном иске, суд апелляционной инстанции, по существу, установил факт недобросовестности ответчика, однако оставил в силе решение суда в части отказа истцу в иске, обоснованное в том числе добросовестностью ответчика [10].

Довольно часто встречаются ситуации, когда сторона фактически исполняет обязательства по сделке и одобряет ее, но спустя определенное время обращается в суд с требованием о признании сделки недействительной. Например, следует поддержать позицию суда, так как, с одной стороны, Общество получило при заключении договора документ, необходимый для подтверждения полномочий председателя правления Товарищества на заключение договора, а с другой стороны, Товарищество, начав исполнять договор, уже соглашалось с его условиями.

С учетом изложенного, можно сказать, что принцип добросовестности в вопросе недействительности сделок является фундаментальным, так как судом всегда учитывается поведение стороны в правоотношении, что влияет на итоговое решение по иску о признании сделки недействительной [12].

При нарушении принципа добросовестности происходит отчуждение прав. Учитывая, что по оспариваемым сделкам отчуждены дорогостоящие имущественные права, являющиеся основным активом общества «Ремстройреставрация», практически непосредственно перед принятием (июнь 2014 года) заявления о признании его банкротом, учитывая взаимосвязанность сделок, формальность документооборота с векселями общества «ВУЗ-банк» в целях создания видимости оплаты, а также то, что Кошель Р.А., занимавшая должность директора общества «Ремстройреставрация», и Заголовец (Кошель) О.С. являются родственниками, проживающими по одному адресу, а директор общества «Южуралснаб» Голубева (Сикорская) С.И. и Кошель Р.А. впоследствии стали участниками одного общества - общества с ограниченной ответственностью «МБС», суд апелляционной инстанции пришел к обоснованным выводам об отсутствии доказательств получения обществом «Ремстройреставрация» равноценного встречного предоставления по сделкам, об отсутствии оснований считать контрагентов по сделкам добросовестными приобретателями [9].

Резюмируя все вышеуказанное, можно сделать вывод о том, что на сегодняшний день гражданское законодательство нуждается в совершенствовании, в частности:

— необходимо введение легального определения понятия принципа добросовестности и определения критериев добросовестного поведения, что несомненно будет оказывать положительное влияние на применение данного принципа в практической деятельности;

— изменение, развитие и совершенствование российского гражданского законодательства должно идти по направлению динамичного внедрения принципа добросовестности в гражданско-правовые отношения.

 

Список литературы:

  1. Алекс А.А. Реализация принципа добросовестности при заключении сделок // Юридический факт. – 2019. – № 42. – С. 51 – 54.
  2. Выступление председателя Совета судей Российской Федерации В.В. Момотова на заседании Клуба имени Д.Н.Замятнина по теме «Добросовестность как модель поведения в законодательстве и судебной практике» [Электронный ресурс] // URL: http://www.ssrf.ru/news/vystuplieniia-intierv-iu-publikatsii/34063 (дата обращения 07.04.2020).
  3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 16.12.2019) // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
  4. Коновалов А.В. Принципы гражданского права: методологические и практические аспекты исследования : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.03: защищена 24.12.2019 / Коновалов Александр Владимирович ; Моск. гос. юрид. ун-т имени О.Е. Кутафина (МГЮА). - Москва, 2019. - 1161 с. - Библиогр.: с. 1107-1161. - Состоит из 2 кн. с продолж. нумерацией страниц. – Текст : непосредственный.
  5. Микрюков В. А. Принцип добросовестности — новый нравственный ограничитель гражданских прав // Журнал российского права. 2016. N 6. С. 17–24.
  6. Немчин М.С. Контрагент недобросовестно ссылается на ничтожность сделки. Как успешно защититься с помощью эстоппеля// Арбитражная практика для юристов. 2016. № 4. С. 80-85.
  7. Новикова Т. В. Понятие добросовестности в российском гражданском праве: Дисс.... к. ю. н. — М., 2016. — 192 с.
  8. О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ (ред. от 28.12.2016) // СЗ РФ. 2013. № 19. Ст. 2327.
  9. Определение Верховного Суда РФ от 28.02.2018 № 309-ЭС17-23573 по делу N А60-6391/2016 // СПС «Консультант Плюс».
  10. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2020 № 16-КГ19-50 // СПС «Консультант Плюс».
  11. Парамонова А.Е. Проблемы отражения принципа добросовестности в общих предписаниях о недействительности сделок // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Серия Гуманитарные науки. – 2016. – № 4 (38). – С. 72 – 75.
  12. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.01.2018 № Ф01-5894/2017 по делу № А28-505/2017 // СПС «Консультант Плюс».
  13. Савиньи Ф.К. Система современного римского права. – М.: Алгоритм, 2017. – 348 с.
  14. Федин, И. Г. Многоаспектность категории добросовестность в российском // Юридические науки: проблемы и перспективы : материалы III Междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань : Бук, 2017. — С. 7-10.
  15. Шухарева А.В. Роль принципа добросовестности сторон в институте недействительности сделок // Российская юстиция. 2017. № 11. С. 9 – 12.